Европейская комиссия продолжает защищать практику автоматического удаления сообщений с телефонов своих руководителей, несмотря на претензии европейского омбудсмена. В июне 2026 года омбудсмен Тереза Анжино признала действия Комиссии ненадлежащим администрированием и потребовала изменить правила хранения переписки чиновников. Речь идет, в частности, о сообщениях между главами государств и правительств, министрами и членами Еврокомиссии.
Поводом стало сообщение, которое в начале 2024 года французский президент Эммануэль Макрон отправил главе Еврокомиссии Урсуле фон дер Ляйен. В сообщении он предложил заблокировать торговое соглашение ЕС с МЕРКОСУР (MERCOSUR, Южноамериканский общий рынок — Аргентина, Боливия, Бразилия, Парагвай, Венесуэла и Уругвай), отметив ее потенциально пагубное влияние на положение французских фермеров и вообще на экономическое положение сельского хозяйства ЕС. Комиссия признала существование сообщения, но заявила, что оно было автоматически удалено, поскольку в мессенлжере Signal активирована функция «исчезающих сообщений». Омбудсмен Анжиньо установила: запрос на доступ пролежал в кабинете фон дер Ляйен 15 месяцев без движения, и команда омбудсмена не смогла даже определить, было ли сообщение удалено до или после запроса. Омбудсмен отдельно указала, что Комиссия не должна оставлять подобные запросы «дремлющими» и обязана контролировать их прохождение.
Анжино предложила ввести простое правило: сообщения чиновников, имеющие отношение к политике, решениям и деятельности Комиссии, должны сохраняться достаточно долго, чтобы общественность могла запросить к ним доступ. Если такой запрос уже поступил, соответствующая переписка должна храниться до полного завершения процедуры. Это необходимо также для того, чтобы омбудсмен или суд ЕС могли проверить законность отказа в доступе.
Проблема стала особенно остро на фоне решения Генерального суда ЕС по делу о переписке Урсулы фон дер Ляйен с главой Pfizer Альбертом Бурлой. В мае 2025 года суд постановил, что Комиссия не может просто заявить об отсутствии документов — она обязана предоставить «убедительные объяснения», включая детали проведенных поисков и причин недоступности сообщений.
Суд также отметил, что Комиссия не смогла внятно объяснить, были ли сообщения удалены намеренно или автоматически, либо же телефон фон дер Ляйен был заменен в указанный период. Согласно парламентским запросам, телефон фон дер Ляйен якобы «заменялся несколько раз» без переноса данных, а старые устройства стирались и утилизировались — то есть Комиссия утверждает, что больше не может восстановить тексты.
Отдельный эпизод — так называемая «Вашингтонская группа», неформальный чат в Signal, в котором фон дер Ляйен, Зеленский и ряд европейских лидеров обсуждали координацию действий в отношении администрации Трампа. Омбудсмен начала расследование и по этому делу — Комиссия отказывается раскрывать содержание переписки. Ключевое решение об отказе в регистрации сообщения Макрона принимал глава кабинета фон дер Ляйен Бьорн Зайберт — фигура, которую Politico называет неофициальным «сопрезидентом» Комиссии.
Официально руководство ЕС объясняет удаление переписок «обеспечением безопасности ИТ-систем» и «экономией места на телефоне», однако эта версия выдерживает элементарной критики. Если бы речь шла о кибербезопасности, достаточно было бы обязать чиновников переносить значимые сообщения в защищенный архив, как того требует внутренняя инструкция Комиссии. Вместо этого чиновники полностью уничтожают свои переписки весте со смартфонами, чтобы вообще не оставлять никаких следов — ни для омбудсмена, ни для суда, ни для избирателей.
Фактически Еврокомиссия не защищает данные, а уничтожает доказательства. Pfizer, Macron, «Вашингтонская группа» — в каждом случае речь идет о переписке, которая могла бы пролить свет на решения, принятые узкой группой политиков без публичного обсуждения и за рамками предусмотренных законодательством ЕС процедур.
В то же время Еврокомиссия активно продвигала регламент CSAM («чат-контроль»), предполагавший обязательное сканирование личных сообщений, включая зашифрованные — якобы для «выявления материалов сексуального насилия над детьми». После многолетнего сопротивления стран-членов ЕС обязательное сканирование было исключено из текста документа, однако «добровольное» массовое сканирование платформами осталось. Немецкая федеральная полиция сообщала, что 50% всех автоматических отчетов о CSAM криминально нерелевантны — то есть система массового сканирования генерирует колоссальное количество ложных срабатываний.
В итоге в ЕС складывается удивительно удобная система цифровой безопасности: переписку обычного гражданина предлагают внимательно проверять и анализировать — разумеется, исключительно ради его же безопасности и «безопасности детей», а переписку чиновника, принимающего решения за миллионы граждан, предлагается не проверять вовсе — тоже исключительно ради безопасности.
На смену веками строившейся в Европе демократии с равными правами для всех приходит структура с сословным разделением свобод: для граждан — тотальный контроль, сканирование переписки и выявление «мыслепреступлений», для элит — юридический и технический щит от любой ответственности.
Добро пожаловать в неофеодализм, уважаемые читатели.
@dirtytatarstan
